История средневековья
История Китая
История Рима
Славянская Мифология

Олег Вещий

А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Олег Вещий — первый князь киевский из рода Рюрика. Летопись "Повести временных лет" говорит, что Рюрик, умирая, передал власть родственнику своему Олегу, так как сын Рюрика, Игорь, был в то время малолетним. По предположению Соловьева, Олег получил власть не как опекун Игоря, а как старший в роду. Три года оставался Олег в Новгороде, а затем, набрав войско из варягов и подвластных ему племен чуди, ильменских славян, мери, веси, кривичей, двинулся на юг. Сначала он занял Смоленск и посадил там своего воеводу, потом перешел в землю северян и здесь, в Любече, также назначил воеводой своего дружинника. Добровольно ли покорились Олегу эти племена или после сопротивления — летопись не говорит. Когда Олег достиг Киева, там уже княжили Аскольд и Дир. Летопись рассказывает, что Олег хитростью вызвал их из города и умертвил, а сам завладел Киевом и сделал его своей столицей, сказав: "се буди мати градом русским".

Олег строил города, с целью удерживать в своих руках покоренные народы и защищать их от нападений кочевников. Им была наложена дань на ильменских славян, кривичей и мерю. Новгородцы должны были платить по триста гривен ежегодно на содержание дружины из варягов. После этого Олег начинает расширять пределы своих владений, покоряя племена, жившие на восток и запад от Днепра. В 883 году покорены были древляне, находившиеся во вражде с полянами; на них была наложена дань по черной кунице с жилья. Северяне платили дань хозарам; Олег сказал им: "я враг хозарам, а вовсе не вам" — и северяне, по-видимому без сопротивления, согласились платить дань ему. Радимичей Олег послал спросить: "кому дань даете?". Те отвечали: "хозарам". "Не давайте хозарам, а давайте мне" — велел сказать им Олег, и радимичи стали платить дань ему по два шеляга с рала, как раньше платили хозарам.



Не все, впрочем, племена подчинялись так легко: по счету летописца, потребовалось двадцать лет, чтобы покорить дулебов, хорватов, тиверцев, а угличей Олегу так и не удалось покорить. В 907 году Олег предпринял поход на греков, оставив в Киеве Игоря. Войско Олега состояло из варягов, ильменских славян, чуди, кривичей, мери, полян, северян, древлян, радимичей, хорватов, дулебов и тиверцев. Ехали на конях и кораблях. По словам летописи, кораблей было две тысячи, а в каждом корабле по сорок человек; но, конечно, придавать абсолютное значение этим цифрам нельзя. Летопись украшает рассказ об этом походе разного рода легендами. При приближении русских к Константинополю, греки замкнули гавань и заперли город. Олег вышел на сушу и стал опустошать окрестности, разрушать здания и храмы, мучить, избивать и бросать в море жителей; велел затем поставить лодки на колеса и, при попутном ветре, двинулся к городу. Греки испугались и просили не губить города, соглашаясь давать дань, какую только Олег захочет.

Задумали они затем избавиться от Олега отравой, но Олег догадался и не принял присланных ему греками кушаний и напитков. После этого начались переговоры. Олег послал к императору послов Карла, Фарлофа, Велмуда, Рулава и Стемира, которые потребовали по двенадцать гривен на корабль и уклады на города Киев, Чернигов, Переяслав, Полоцк, Ростов, Любеч и другие, так как в этих городах сидели мужи Олега. Русские послы требовали, затем, чтобы Русь, приходящая в Царь-Град, могла брать съестных припасов сколько хочет, мыться в банях, для обратного пути запасаться у греческого царя якорями, канатами, парусами и т. п. Византийский император принял эти условия с некоторыми изменениями: русские, пришедшие не для торговли, не берут месячины; князь должен запретить русским грабить греческие села; в Константинополе русские могут жить только у св. Мамы; император посылает чиновника переписать их имена, и тогда уже русские берут свои месячины — сначала киевляне, затем черниговцы, переяславцы и т. д.; входить в город они должны без оружия, в количестве не более пятидесяти человек, в сопровождении императорского чиновника, и тогда уже могут торговать беспошлинно.

Императоры Лев и Александр целовали крест при заключении этого договора, Олег же и мужи клялись, по русскому обычаю, оружием, богом своим Перуном и скотьим богом Волосом. Летопись передает, далее, что Олег, возвращаясь домой, велел русским сшить паруса шелковые, а славянам — полотняные, и что воины, в знак победы, повесили свои щиты на вратах Царя-Града. Олег возвратился в Киев с золотом, дорогими тканями, овощами, винами и всяким узорочьем. Народ дивился ему и прозвал его "вещим", то есть кудесником, волхвом: "бяхо бо людие погани и невеголоси", заключает летописец.



В 911 году Олег послал своих мужей в Константинополь утвердить договор, заключенный после похода. Были посланы пять мужей, присутствовавших при заключении первого договора, и, сверх того, еще 9: Инегельд, Гуды, Руальд, Карн, Фрелав, Рюар, Актеву, Труан, Бидульфост — имена, большей частью звучащие не по-славянски и показывающие, что дружина состояла тогда в большинстве из скандинавов. Послы, от имени Олега, других князей, бояр и всей русской земли, заключили с византийским императором такой договор:
- При разборе дела о преступлении, нужно основываться на точных показаниях; если кто заподозрит показание, то должен поклясться по обрядам своей веры, что оно ложно; за ложную клятву полагается казнь.
- Если русин убьет христианина (то есть грека) или наоборот, то убийца (если будет застигнут) должен быть убит на месте, где совершил убийство; если он убежит и оставит имущество, то, за выделом из него части, следующей по закону, жене, все остальное поступает родственникам убитого; если бежавший имущества не оставит, то он считается под судом до тех пор, пока не будет пойман и казнен смертью.
- За удар мечом или чем-нибудь другим, виновник, по русскому закону, платит пять литр серебра; если заплатить всей этой суммы он не в состоянии, то должен внести столько, сколько может, снять затем то платье, в котором ходит, и поклясться, по обрядам своей веры, что у него нет никого, кто бы мог за него заплатить; тогда иск прекращается.
- Если русин украдет у христианина или наоборот, и вор будет пойман на месте, то хозяин украденного, в случае сопротивления вора, может его убить безнаказанно; если же вор отдастся без сопротивления, то его следует связать и взять с него втрое за украденное.
- Если кто-нибудь из русских или христиан станет кого-нибудь мучить, допытываясь, где имущество, и насилием возьмет что-нибудь, то должен заплатить за взятое втрое.
- Если греческий корабль будет выброшен на чужую землю, а там случатся русские, то они должны охранять корабль с грузом, отослать его в землю христианскую, провожать через всякое страшное место, пока он не достигнет места безопасного; если корабль сядет на мель или его задержат противные ветра, то русские должны помочь гребцам проводить его в землю греческую, если она окажется близко; если несчастье это случится вблизи земли русской, то корабль проводят в последнюю, груз продается и вся вырученная сумма приносится в Царь-Град, когда русские будут идти туда для торговли или с посольством; если же кто окажется на корабле том убитым, или прибитым, или что-нибудь пропадет, то виновники подвергаются указанному выше наказанию.
- Если русскому или греку случится быть в какой-нибудь стране, где будут невольники из русских или греков, то он должен выкупить их и доставить в их страну, где ему будет выплачена выкупная сумма; военнопленные также возвращаются на родину, а взявший их в плен получает обыкновенную цену невольника. Русские могут добровольно поступать на службу к греческому императору.
- Если русские невольники будут приведены на продажу к грекам или наоборот, то они продаются по 20 золотых и отпускаются на родину. Если раб будет украден из Руси, сам уйдет или будет уведен насильно, а господин его станет жаловаться, и жалоба будет подтверждена самим рабом, то последний возвращается на Русь; гости (купцы) русские, потерявшие раба, могут искать его и взять обратно; кто не дает у себя делать обыска, тот тем самым проигрывает дело.
- Если кто-нибудь из русских, находящихся на службе у византийского императора, умрет, не распорядившись своим имуществом, то оно отсылается к родственникам его на Русь; если распорядится, то оно поступает к тому, кому завещано, причем наследник получает имущество от земляков, ходящих в Грецию.
- Если взявшийся доставить имущество утаит его или не возвратится с ним на Русь, то, по жалобе русских, он может быть насильно возвращен в отечество. Профессор М. Ф. Владимирский-Буданов эту статью толкует иначе: если преступник убежит, избегая наказания, из Руси в Грецию, то да будет возвращен; когда в таком случае Русь заявит жалобу греческому правительству, то это последнее должно схватить его и возвратить силой в Русь. В летописи это место передано так: "аще злодей везвратится в Русь, да жалуют Русь христьянскому царству, и ят будет таковый и возвращен будеть не хотяй в Русь". Мы придерживались перевода С. М. Соловьева. Так точно и русские должны поступать относительно греков.

После заключения договора, император византийский одарил русских послов золотом, одеждой, тканями и, по обычаю, приставил к ним мужей, которые водили их по церквам, показывали богатства и излагали учение Христовой веры. Затем послы были отпущены домой, куда и возвратились в 912 году. Осенью того же года, по сказанию летописи, Олег умер и похоронен в Киеве на Щековице. Место погребения Олега занесено в летопись по преданию, не вполне достоверному; есть и другое предание, по которому Вещий Олег умер во время похода на север и похоронен возле Ладоги. Со смертью Олега связано в летописи известное сказание, послужившее мотивом для стихотворения Пушкина: "Песнь о вещем Олеге". По счету летописца, Вещий Олег княжил тридцать три года, с 879 (год смерти Рюрика) по 912 год; но хронология первых страниц начальной летописи крайне спутана и неточна.