Кельтская Мифология
История Китая
Мифология Скандинавии
История нибелунгов

Алкиной

А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Алкиной (Αλκίνοος), в греческой мифологии царь феаков, внук Посейдона, сын Навсифоя, муж Ареты, отец Навсикаи. В своем дворце на острове Схерия, окруженном вечнозеленым садом, Алкиной радушно принимал Одиссея, заброшенного бурей на остров. Он устроил в честь гостя пир, на котором Одиссей рассказал о своих скитаниях. Алкиной одарил Одиссея богатыми дарами и, выслушав историю его странствий, отправил на прекрасном корабле в Итаку, за что жестоко поплатился. Владыка моря Посейдон так рассердился на доброту, которую проявили феаки и Алкиной по отношению к Одиссею, что ударил по кораблю ладонью, когда тот возвращался домой, и превратил его вместе с командой в камень.
«С этой поры мы не станем уже по морям, как бывало, странников, наш посещающих град, провожать», - с горечью сказал тогда Алкиной своим подданным.

Алкиной выступил посредником между Медеей, бежавшей с предводителем аргонавтов Ясоном, и колхами, подданными отца Медеи царя Ээта, пустившимися в погоню за ними. Поддавшись уговорам своей жены Ареты, Алкиной принял решение, согласно которому Медея могла быть выдана отцу только в том случае, если она еще девушка. Узнав об этом решении, Медея срочно вышла замуж за Ясона; таким образом Алкиной получил законное основание отказать Ээту и ее преследователям остались ни с чем.



Гомер в описании Алкиноева сада рисует нам прекрасную картину этого плодородия и богатств страны феаков. Дворец Алкиноя был чудом искусства: от порога его шли медные стены, увенчанные сверху карнизом из лазоревой стали; входные двери были вылиты из чистого золота, косяки и притолоки — из серебра; в преддверии стояли вылитые Гефестом две фигуры собак — одна золотая, другая серебряная. От порога дворца Алкиноя, огибая кругом стены, тянулись лавки богатой работы, на которых лежали покровы: здесь знатнейшие старейшины города услаждались питьем и едой. Тут же на высоких постаментах стояли золотые статуи юношей, в руках которых ночью горели светильники. Во дворце жили пятьдесят рабынь-рукодельниц: одни мололи ручными жерновами золотистую рожь, другие сучили нити и ткали столь плотные ткани, что "и тонкое масло в них не впивалось".



Политическое устройство страны, общественные отношения и религиозные верования являются, по-видимому, отражением доисторической жизни ионян: поэт, описывая феаков, к сказочному облику народа присоединил исторические черты современной ему действительности. Как у ионян, у феаков во главе народа стоит царь, власть которого ограничена советом из двенадцати старейшин. Есть у феаков и демос, и агора, и избирательное начало. Как ионяне, феаки веруют в Зевса громовержца, покровителя чужеземцев и нищих, в Посейдона, Афину, Гермеса, Аполлона; им известны также мифические рассказы о богах и о деяниях героев. Чуждаясь иноземцев, они, однако, признают права гостеприимства (общегреческая черта); как и ионяне, они любят пиры, веселье, хороводы, гимнастические состязания; как ионийские женщины, феакиянки ведут скромный образ жизни домовитых хозяек, хотя и пользуются свободою находиться в обществе мужчин.